Греческий азарт: государственный доход €1 млрд и поправки к налогам на онлайн-выигрыши
Доходы греческого бюджета от азартных игр в 2025 году впервые превысили символическую отметку, достигнув примерно €1,04 млрд, на фоне стремительного роста онлайн‑казино и ожидаемого ужесточения налога на выигрыши с июля. Финансовый результат складывается из отчислений операторов и налогообложения выигрышей игроков, причем именно онлайн‑сегмент остается главным драйвером динамики.
По итогам 2025 года государство получило €644,8 млн в виде платежей операторов и €398 млн за счет налога на выигрыши игроков. При этом налоговые режимы различаются для ставок на спорт и онлайн‑казино, а выигрыши в наземных казино остаются не облагаемыми налогом. Такой дисбаланс стимулирует переток активности в интернет‑сектор, где барьеры входа ниже и аудитория шире.
Правительство уже приняло решение повысить налог на выигрыши в онлайн‑казино с июля, рассчитывая собрать дополнительно €50 млн в 2026 году и по €100 млн ежегодно в последующие годы. Мера призвана подстроить налоговую систему под фактическую структуру рынка и бурный рост цифровых вертикалей.
Общий объем ставок в играх случая за 2025 год составил €16,7 млрд против €15,6 млрд годом ранее, прибавив 6,7%. Показатель «чистой выручки до отчислений» (эквивалент валового дохода от игр) вырос на 7%, до €3,07 млрд с €2,87 млрд в 2024 году. Эти цифры подчеркивают устойчивый рост индустрии и расширение вовлеченности игроков, особенно в онлайне.
Основную долю дохода обеспечили OPAP (ныне в составе Allwyn) и онлайн‑операторы. На долю OPAP пришлось около €1,5 млрд (+5% за год), а на онлайн‑компании — около €1,2 млрд, что соответствует впечатляющему росту на 20%. Выручка наземных казино также подросла — до €268,6 млн против €252,8 млн годом ранее (+6%), хотя из девяти лицензированных площадок регулярную деятельность ведут фактически три-четыре.
Структура спроса меняется: онлайн‑казино притягивают более широкую аудиторию, чем спортивные ставки, не требуя погружения в спортивные события. Это ускоряет цифровизацию сегмента и усиливает фискальную роль онлайн‑вертикалей, на которые теперь будет приходиться и большее налоговое бремя.
На фоне роста рынка сохраняются и риски для домохозяйств: стремительные проигрыши и зависимость способны иметь долгосрочные последствия для финансового и социального благополучия игроков. Власти, усиливая налогообложение выигрышей и контроль за операторами, стремятся балансировать между доходами бюджета и необходимостью ограничивать негативные эффекты азартных игр.
В 2026 году ключевым фактором станет влияние июльских изменений на поведение игроков и операторов: возможны перераспределение трафика между вертикалями, корректировка маркетинговых стратегий и усиление комплаенса. При сохранении нулевого налога на выигрыши в наземных казино регулятору, вероятно, предстоит и дальше сглаживать различия между офлайн‑ и онлайн‑режимами, чтобы стабилизировать поступления и снизить социальные издержки.